Каждая организация, помогающая людям в трудной жизненной ситуации, рано или поздно непременно встретится лицом к лицу с проблемой насилия.

О чем Вы подумали, прочитав это слово?

Вероятнее всего – о насилии сексуальном, возможно, кто-то припомнил споры вокруг проблемы побоев, но маловероятно, чтобы сразу пришла мысль о таких видах насилия, как эмоциональное или экономическое.

Насилие многолико и умеет хорошо маскироваться, иногда прикрываясь самыми благообразными масками – неравнодушия, заботы, опеки… Вы скажете – ну и что? Ведь если мы его не осознаем, то его как бы и нет в нашей жизни? К сожалению, это не так. Исподволь, незаметно насилие отравляет самые лучшие отношения – между супругами, между родителями и детьми. Насилие уродует не только того, в отношении кого оно совершается, но и того, кто его совершает.

Как можно остановить насилие?

Этот вопрос стал центральным в международном проекте "Knowledge Can Stop Gender-Based Violence: Seeking New Solutions" (Знание может остановить насилие, основанное на различии полов: поиск новых решений) который стартовал в Самаре в июле этого года. Проект реализуется в рамках российско-американской программы ОСОЗ («Обмен социальным опытом и знаниями») Фонда Евразия. Он адресован, прежде всего, профессионалам и добровольцам организаций, оказывающих поддержку социально уязвимым слоям населения. Мне довелось принять в нем участие в качестве приглашенного специалиста. В рамках проекта американские специалисты посетили Самару, а затем мы отправились с ответным визитом в США. За 10 дней пребывания в городах Сиэтл (штат Вашингтон) и Портленд (штат Орегон) мы успели посетить более десятка организаций, работающих в сфере противодействия насилию, и принять участие в 9-м Ежегодном симпозиуме по проблемам домашнего насилия в Университете Сиэтла.

Проблеме насилия в США уделяется большое внимание уже более 20 лет. За это время сформировалась сеть организаций, как государственных, так и негосударственных (в России их называют некоммерческими или общественными), которые оказывают помощь пострадавшим от насилия. Мы побывали в двух негосударственных организациях - YWCA, Sexual Violence Legal Services (Юридическая помощь пострадавшим от сексуального насилия) в Сиэтле и в DAWN, Domestic Abuse Woman Network (Сеть женщин, пострадавших от домашнего насилия) в Кенте.

Пообщавшись с американскими коллегами, рассказав им о своей работе и посетив приют – убежище для женщин с детьми, мы нашли много общего в нашей деятельности. Беда не имеет расы или национальности, она в любом конце земли говорит на одном языке – языке боли и страха. Но и доброта – одна на всех. Самодельный плакат с отпечатками детских ладошек и словами приветствия на разных языках можно было бы увидеть и в российском приюте для женщин с детьми.

Приветливое и  отзывчивое отношение сотрудников помогающих организаций – все, как дома. А вот организация процесса, пожалуй, лучше, и финансирование – стабильнее. То, что у нас делается усилиями добровольцев, у них – оплачиваемая работа, а добровольцы помогают посильно. Здания приюта и участок, на котором они расположены, центру завещал благотворитель. Адрес центра не значится ни в каких справочниках, соблюдается строгая конфиденциальность. Сотрудники дежурят круглосуточно, действует  «горячая  линия». Девиз организации – «rising to domestic peace” (восхождение к домашнему миру), ведь dawn в переводе означает «восход».

Познакомиться с работой государственных организаций, помогающих пострадавшим от насилия, мы смогли позже, приехав в Портленд. Программа пребывания в этом городе была очень насыщенной и включала посещение отдела по расследованию сексуальных преступлений  в полицейском бюро Портленда, прокуратуры графства (района) Малнома штата Орегон и  городского суда. В полицейском бюро специалист по помощи жертвам насилия  Славица Йованович  рассказала о том, как расследуются случаи сексуального насилия, как проводится медицинская экспертиза, показала помещение, где производится допрос пострадавших. Впрочем, здесь допрос называется soft interview (мягкий опрос), и комната для него оборудована соответствующе.

Уже само наличие в штате полиции специалиста по помощи жертвам говорит о многом. Пострадавшим от насилия оказывается помощь на всех стадиях расследования и судебного процесса. Помимо адвокатов в привычном нам понимании (в США их называют словом lawyer), здесь существуют еще и социальные (общественные) защитники (advocate), помогающие жертве насилия оформлять документы в официальных инстанциях.
Большое впечатление лично на меня произвел центр, где пострадавшие от насилия могут получить сразу все виды помощи, от натуральной помощи в виде  продуктов, одежды, обуви и других вещей  до психологической реабилитации всех лиц, вовлеченных в ситуацию насилия (например, детей, ставших очевидцами), The Gateway Center. Созданный при поддержке властей города Портленд, графства (района) Малнома и штата Орегон, он объединил в одном здании представителей многих организаций, оказывающих помощь в ситуации насилия. Каждая организация реализует свою программу в рамках полученных грантовых средств, а специалисты центра координируют деятельность в целом.

Ежедневно в центре принимают от 35 до 50 человек. Многие приходят туда регулярно – на занятия с психологами, или приводят на такие занятия детей. Психологической реабилитации пострадавших уделяется большое внимание, но она является добровольной. А вот  обидчика  могут  решением суда обязать пройти специальный курс занятий, направленный на осознание им мотивов своих действий и обучение ненасильственным методам разрешения конфликтов.

Нам довелось побывать на ежемесячной встрече психологов, работающих с авторами насильственных действий. Ведущий встречи,  доктор психологии Крис Хаффайн (Chris Huffine), директор организации “Allies in Change” (Союзники в перемене), и его коллеги горячо обсуждали проблемы, не менее актуальные и для нашего общества – как помочь агрессору измениться, не совершить повторного правонарушения; как не оставить правонарушение безнаказанным, но и не «заклеймить» его автора на всю жизнь, дав ему возможность исправить ошибку, и, самое главное, как выработать у людей, склонных к агрессии, умение распознать первые признаки насилия в своем поведении и убедить их вовремя обратиться за помощью к психологам.

 Позднее мы также встретились с психологом из  “Lutheran  Community Services” (Лютеранская общественная помощь) Ольгой Паркер, которая поделилась с нами своими наработками в этой сфере. Безусловно, работать с агрессорами очень сложно, но другого пути нет. Зачастую, приходя в первый раз на занятия группы, обидчик даже не осознает, что, совершая акт насилия, он сам сделал свой выбор, и обвиняет жертву в том, что она его спровоцировала. Цель работы в группе – помочь агрессору осознать  свою собственную ответственность за случившееся и научить его контролировать свое поведение.

Я согласна с мнением  одной из участниц встречи в Портленде – давайте  делать все, что в наших силах, и надеяться на то, что если не дети, то внуки  наши будут знать о проблеме насилия все, уметь распознавать склонность к насилию, прежде всего, в себе и своевременно обращаться за помощью. Пусть знание остановит насилие!

 

Мы вернулись домой с чувством огромной благодарности к нашим американским коллегам, так тепло нас принявшим и поделившимся свои опытом. Хочется персонально поблагодарить нашего координатора в Сиэтле, директора программы YWCA Ридди Мукхопадхьяй и переводчика, тренера по межкультурным коммуникациям, Ларису Чуприну, блестяще осуществлявшую перевод самых сложных идиом, психологических и юридических терминов, а также координатора в Портленде, общественного адвоката Татьяну Бондарчук, сделавшую почти невозможное  - организовавшую за четыре дня нашего пребывания 8 встреч в различных организациях и даже прямой эфир на местном телеканале! И конечно, большое спасибо Анастасии Бабичевой – автору, координатору, вдохновителю и научному руководителю  этого замечательного проекта!

Этот текст был создан автором во время участия в российско-американской программе «Обмен социальным опытом и знаниями», которая осуществляется Фондом Евразия. Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Фонда Евразия.